Николай и
революция 1905 года

Эпоха Столыпина

Распутин

Канун первой мировой войны






Канун первой мировой войны

Николай II в форме лейб-гвардии конного полка с сыном цесаревичем Алексеем. Николай II в форме лейб-гвардии конного полка с сыном цесаревичем Алексеем.
Петербург. 1913

Быстро меняющееся время не давало покоя императору, который с каждым годом все больше тяготился своими государственными обязанностями в новых условиях политической жизни России. Его раздражали постоянное вмешательство III и IV Думы в повседневные дела управления, жесткая и подчас некорректная критика действий власти с думской трибуны, бесконечные скандалы и неприятности с великими князьями дома Романовых, не считавшимися с его авторитетом как главы династии, скрытое, но ясно ощущаемое озлобление печати и интеллигенции, особенно на национальных окраинах империи. Привычный, упорядоченный мир его юности, в котором над страной незыблемой вершиной возносился престол отца-самодержца, бесповоротно ушел в прошлое. Николаю оставались лишь любовь и преданность собственной семьи...

Особенно тревожными в эти годы стали международные события, угрожавшие столь хрупкому спокойствию империи. Революции в старых, казавшихся вечными в своем оцепенении монархиях Азии - Иране, Турции и Китае, боснийский и марокканский кризисы, едва не ввергшие Европу во всеобщую войну, итало-турецкий конфликт 1911 года - все это создавало ощущение непрочности бытия, неуверенности в завтрашнем дне России и династии. В 1912 1913 годах общественное мнение страны было серьезно потрясено Балканскими войнами, прямо задевавшими российскую внешнеполитическую традицию.

Император воспринимал этот стремительный калейдоскоп событий все с тем же чувством фатальной обреченности, которое давно уже сделалось психологическим фоном его существования. Он не пытался бросить вызов судьбе, не делал попыток изменить ход вещей. Лишь иногда в его дневнике или сугубо частных письмах появляются размышления о том, что следовало бы распустить Думу, превратить ее в чисто совещательную, отобрав право законодательства, - но все это оставалось на бумаге или в редких разговорах, не предназначенных для посторонних. Видимо, Николай понимал, что время необратимо...

А оно все быстрее уходило в прошлое. Выстрелы в Сараево летом 1914 года означали, что для старой монархической Европы навсегда перевернута ее страница истории. С момента гибели Франца-Фердинанда она с каждым днем все стремительнее приближалась к роковому финалу - первой мировой войне.